Среда обитания

Надо сказать, что ни в одной стране мира я не видел сильно счастливых людей в метро. Если они и счастливы, то скрывают это. И как бы немножко отгораживаются. Да что немножко — сильно. Читают. Сидят в наушниках. Не смотрят по сторонам. Одеваются преимущественно в черное, темно‑серое, коричневое, синее.

Мне эта мысль очевидная пришла только позавчера — что люди одеваются не только для того, чтобы выделиться, но и для того, чтобы быть незаметными. Не выделяться. «Что до вещей, носи серое, цвета земли, в особенности белье, чтобы уменьшить соблазн тебя закопать в нее». Бродский ведь жил в Нью‑Йорке. На кладбище в Венеции мы были два раза, надо бы и до Мортон‑стрит доехать.

Вот это коричневое, черное и синее — выражают агрессию. Типа, не подходи, злые собаки, электрический ток, личное пространство, охраняемая территория. Только коричневое, серое, «земляное» это агрессия защиты, в черное — агрессия атаки. Синее — агрессия управления, продаж, власти. А красное — агрессия секса, вот ее в метро почти нет. Сексуальная агрессия опасна прежде всего для того, кто ее проявляет.

***

Нью‑Йорк, между прочим, разительно отличается от Парижа — мало красивых людей. Смешение рас то же самое, вроде, но такого вау, что трудно не начать исподтишка глазеть на кого‑то в том же метро — почти нет. Зато людей необычных, образы которых как бы за гранью вообразимого — очень много, и это оживляет.

В смысле одежды, после Италии, где народ в любом городишке одевается так, словно закончил университет моды с отличием, Америка выглядит просто убого. Как бы сказать… Здесь очень заметно расслоение: вот этот богатый, оделся в бренды, вот этот модный, оделся в тренды, вот этот без вкуса — оделся с какого‑то готового лука («менеджер», «рабочий», «пенсионер» и т.д.). А в Италии черт его поймет, там одеваться нужно не дорого или модно, а именно со вкусом, да еще со спреццатурой — чтобы выглядело небрежно, чтобы все усилия по созданию образа были спрятаны.

***

Странность, однако, заключается в том, что, несмотря на отсутствие изящества, Америка создала себе вполне уникальную и очень интересную физиономию. Улицы Нью‑Йорка это не парижские бульвары, но их, раз увидев, не спутаешь ни с какими другими. Машины эти здоровенные, типа грузовички с кузовом, настоящие огромные грузовики, все в хроме и с трубами, полицейские автомобили — все такое избыточное, «американское». Люди… в таком огромном и быстром городе очень доброжелательные люди. Да вот, кстати.

Путешествуя, я часто думаю о воспитании. По‑моему, первое, что нужно узнать человеку, это любовь. И не любовь родителей — потому что так мы сразу оставляем за бортом бессчетное количество детей, у которых родителей нет или они такие, что лучше бы и не было — а человеческую любовь, любовь среды обитания: соседей, продавцов в магазине, полицейских, врачей и так далее. А второе, что нужно узнать человеку — это что он причастен к полезному делу. Люди, которые меня окружают, вот эта среда обитания, что они делают для человечества? Своими руками. Хлеб, сыр, вино, одежду, мебель, дома? Нужна гордость причастности к земле и быту. И не в прошлом каком‑то, а прямо сейчас.

А третье, что нужно узнать человеку — что мир не имеет границ. Что везде живут люди, которые приносят миру пользу. Что на земле найдено огромное количество способов печь хлеб и шить одежду. Что люди добрые. Сидя дома и разглядывая туристов этого никак не узнаешь. Нужно странствовать. Во всех сказках это есть: посмотри мир, подержи людей за руки, почувствуй связь, потом женись.

И четвертое, что нужно узнать — это себя. Попробовать все, и понять, что нравится. Побывать везде, и понять, где твое место. Посмотреть на все, и решить, что сам хочешь делать для людей. И делать это, наконец.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *